Для дворян военная служба стояла на первом месте

Имущественное положение дворянства Российской империи также было неоднородным. Например, в 1777 г. мелкопоместное (до 20 душ крепостных мужского пола) дворянство составляло 59% сословия, среднепоместное (20100 душ)  25%, крупнопоместное (свыше 100 душ)  16%. Некоторые же дворяне (Ф. А. Апраксин, А. Р. Брюс, Н. Ф. Головин, А. Д. Голицын, А. Н. Демидов, В. В. Долгоруков, А. Л. Нарышкин, А. М. Черкасский, П. Б. Шереметев .) владели десятками тысяч крепостных. С другой стороны, поместное дворянство начало постепенно беднеть. Имения все более дробились, и к середине XIX в. почти абсолютное большинство потомственных дворян были или мелкопоместными, или вовсе беспоместными; все доходы их состояли только в жалованье, получаемом на государственной службе.


Возвращаясь к вопросу о дворянской службе, нужно отметить, что для дворян именно военная служба стояла на первом месте в службе государственной. Существовали дворянские фамилии, представители которых из поколения в поколение служили только офицерами; даже если их родоначальник получил дворянство на гражданской службе, потомки служили военными, и род превращался в чисто военный. Чем престижнее была служба, тем большее количество дворян ее добивались. Военная служба была предпочтительнее гражданской, служба в гвардии престижнее, чем в армии.


На 15 мая 1895 г., согласно сведениям Генерального штаба, среди офицеров дети потомственных дворян насчитывали 50,8%; дети личных дворян  22,8%. По родам войск состав офицеров из потомственных дворян существенно различался. Чем престижнее был род войск, тем большее количество потомственных дворян в нем служило. В армейской пехоте их было только 39,6%, в инженерных войсках    66,1, в кавалерии  66,7, в артиллерии  74,4%. Наивысший процент потомственных дворян был в гвардии (в артиллерии  88,7%, в пехоте  90,5, в кавалерии  96,3%). Особое совещание по делам дворянского сословия в 1898 г. справедливо отмечало: «Исторически сложившимся призванием нашего дворянства всегда было служение государству, причем главным поприщем сего служения искони была служба военная».


Высшая знать, особенно титулованная, также предпочитала военную службу. В чинах ее представители продвигались несколько быстрее остальных, но ненамного. Тем не менее, например, в Генеральном штабе на 1 мая 1903 г. среди полковников было 24 князя, 11 графов и 27 баронов, а среди генералов на 1 декабря 1902 г.  25 князей, 23 графа и 23 барона. Высшие военные чины за выдающиеся заслуги жаловались графскими и княжескими титулами. Первым российским графом стал военный  генералфельдмаршал Б. П. Шереметев. В разное время графского титула удостаивались многие высшие военные. Среди них можно назвать генераладмирала Ф. М. Апраксина (1710), генераланшефа (впоследствии генералфельдмаршала) Б. Миниха (1728), генераланшефа С. А. Салтыкова (1732) и многих других. Офицерами были и пожалованные в графское достоинство Екатериной II за поддержку при восшествии ее на престол пять братьев Орловых (1762).

 

В более позднее время графского титула в основном удостаивались полные генералы, получая его как награду, зачастую венчавшую всю их карьеру (генерал от инфантерии И. В. Гудович, санктпетербургский военный губернатор генерал от кавалерии П. А. Пален, адмирал Г. Г. Кушелев, генерал от кавалерии Н. А. Татищев, генерал от кавалерии М. И. Платов .). Графский титул многолетней боевой службой заслужил и выдвинувшийся из нижних чинов генерал от инфантерии Н. И. Евдокимов (1859). Некоторые выдающиеся военные получали княжеский титул: А. В. Суворов, М. И. ГоленищевКутузов, М. Б. БарклайдеТол ли .
Известно, что А. В. Суворов за свои победы был награжден сначала титулом графа Рымникско го, а впоследствии, сохраняя прежний титул, удостоился еще и титула князя Италийского. Генерал фельдмаршал И. Ф. Паскевич получил титул графа с добавлением к фамилии приставки Эриванский, а затем был пожалован титулом князя Варшавского.