Сражение при Саратоге


Известия о сражении при Саратоге достигли Парижа 5 декабря 1777 года. На следующий день король Людовик XVI заявил о своем признании Соединенных Штатов Америки. Однако, несмотря на празднование победы Гейтса, многие во Франции опасались, что открытая поддержка США может иметь негативные последствия, если будет заключен мир. Тем не менее после согласования совместных морских операций против Вест-Индии Людовик решил встретиться с американским дипломатом Бенджамином Франклином, и 6 февраля 1778 года был подписан союзный договор между Францией и США.


В Лондоне о поражении Бургойна узнали из письма от Карлтона, доставленного 3 декабря. Бургойн представил свои доводы Палате общин, возложив ответственность на лорда Джорджа Жермена, приказы которого были слишком детализированными. Сэр Уильям Хау сделал то же самое, жалуясь со своей стороны, что они были слишком расплывчатыми! Общественное мнение благоволило к Бургойну, однако все трое допустили серьезные ошибки в реализации плана, который изначально был сомнительным, учитывая нехватку личного состава и трудности со снабжением. Бургойн хвастался, что, несмотря на формальное подчинение Хау, он достигнет Олбани без посторонней помощи. Жермен, возможно, учитывая незнание им географии Северной Америки, считал, что планы, которые он утвердил, дополняют друг друга, а не вступают в противоречие. Формально Хау все сделал правильно: он предупредил Картона, чтобы тот рассчитывал лишь на самого себя. Он чувствовал, что у Клинтона достаточно людей, чтобы поддерживать Бургойна против небольшой армии. В свою очередь, Клинтон согласился с оценкой, которую Хау дал шансам Бургойна на победу.

Сражение при Саратоге стало переломным моментом в войне: впервые британские регулярные войска потерпели поражение в открытом бою от примерно равной по численности армии американцев. Кроме того, «континенталы» вынесли на себе основную тяжесть боев, а ополчение оказало им необходимую поддержку. Ожидания, что массовый приток лоялистов резко увеличит численность британских войск, оказались беспочвенными. И, как это часто бывает, погода была на стороне американцев: поздняя оттепель задержала Бургойна, в то время как дождь спас Херкимера, задержал Бреймана и сорвал отступление. Поражение стоило Великобритании больше, чем просто потери армии. После этого потрясения - для обеих сторон - гражданская война в Америке перекинулась в Европу и стала превращаться в глобальное противостояние двух колониальных сверхдержав - Франции и Испании, и в итоге король Георг III потерял свои американские колонии.