Долина смерти



В тот момент, когда фортуна начала отворачиваться от русских, англичане допустили фатальную ошибку, в результате которой была почти полностью уничтожена бригада легкой кавалерии.Вто время как кавалерия Рыжова в беспорядке отступала, бригада легкой кавалерии получила возможность взять инициативу в свои руки. Правильно организовав преследование, они получали шанс отбросить русские войска к реке Черная. Об этом сделал запись очевидец событий, французский наблюдатель виконт де Но: «Наступил момент, когда кто-то должен был взять на себя инициативу и нанести кавалерийский удар».

Однако командир бригады легкой кавалерии лорд Кардиган не стал трогаться с места, хотя офицеры буквально умоляли его начать атаку. Кардиган напоминал им о более ранних приказах, полученных от лорда Лукана, но отданных в тот момент, когда кавалерия только разворачивалась на позициях и атаковать не собиралась. Эти приказы явно устарели и не учитывали кардинальных изменений, произошедших на поле боя. Тем не менее, Кардиган отказался предпринимать какие-либо действия до тех пор, пока лорд Лукан лично не отменит собственные распоряжения.В результате кавалерия Рыжова смогла успешно добраться до восточной оконечности Северной долины, где она оказалась под прикрытием пехоты, разместившейся на Федю-хиных высотах, и войск, контролировавших Кадыкойские высоты. Кавалерия сосредоточилась позади позиций восьми орудий 3-й Донской казачьей артиллерийской батареи.
Раглан отдает приказ об атаке

Лорд Раглан со своего наблюдательного пункта на Херсонесском плато заметил, что русские солдаты готовятся вывезти в тыл британские пушки, захваченные ими в редутах. Полагая, что возврат пушек станет фактом, подтверждающим для Лондона его полную победу, он составил следующий приказ лорду Лукану: «Лорд Раглан желает, чтобы кавалерия быстро выдвинулась вперед и предприняла попытку остановить противника, увозящего пушки».Этот расплывчатый приказ был передан капитану Эдуарду Нолану, доставившему его лорду Лукану. Нолан написал книгу по тактике конницы и крайне критично отзывался о действиях кавалерии Лукана во время Крымской кампании.

В момент получения этого приказа Лукан со своим штабом располагался на более низких склонах Кадыкойских высот и поэтому не имел точного представления о поле боя, на котором ему предстояло наступать. Лукан обратился к Нолану за , разъяснениями, но тот просто указал рукой вперед со словами: «Там, милорд, ваш враг, и там ваши пушки».На этом обсуждение предстоящего наступления закончилось. Пустив коня рысью, Лукан направился к Кардигану и приказал ему атаковать артиллерийские позиции, которые можно было разглядеть вдали: это была Донская казачья батарея на восточной оконечности Северной долины. Кардиган возразил, что подобная атака может привести к высоким потерям, на что Лукан ответил: «Я знаю это, но лорд Раглан хочет получить пушки. У нас нет выбора, мы должны выполнить приказ».

Начало роковой атаки

Кардиган разослал приказы во все три линии своих войск, назначив наступление на 11:00. Сам он занял позицию примерно в 10 метрах перед первой линией вместе с двумя офицерами своего штаба, располагавшимися метрах в пяти позади него. Каждый из пяти полков развернулся широким фронтом всего в два всадника глубиной. После того, как бригада преодолела расстояние в 100 метров, произошло нечто экстраординарное. Капитан Нолан, который решил принять участие в бою в рядах 17-го уланского полка, внезапно вырвался вперед, обгоняя Кардигана и пересекая передовую линию слева направо. Он кричал и размахивал саблей. Наблюдавшие за боем видели, что Нолан пытается вывести следовавшую за ним кавалерию прямо к редуту № 3-тому самому, откуда русские собирались увезти британские пушки, и который лорд Раглан обозначил в качестве главной цели атаки кавалер. Но прежде, чем попытка Нолана изменить направление наступления бригады (если, конечно, он стремился именно к этому) смогла осуществиться, капитан был смертельно ранен осколком снаряда, и, издав, как сообщили очевидцы, «нечеловеческий вопль», рухнул на землю. Бригада же продолжила свое наступление по этой Долине смерти, как назвал ее поэт Теннисон.Позади и несколько правее легкой кавалерии также на рысях шла бригада тяжелой кавалерии. Когда русские открыли сильный огонь, Лукан отдал ей приказ остановить наступление, решив, что она станет обеспечивать прикрытие легкой бригады, когда та будет возвращаться.

Огонь русской артиллерии усилился, и бригада легкой кавалерии отчаянно попыталась как можно быстрее миновать долину. Капитан 17-го уланского полка Уайт увеличил темп и догнал Кардигана, но тот немедленно направил свою саблю в грудь Уайта и заставил того занять свое прежнее место в строю.Разрывы в порядках атакующих стали возникать по мере того, как всадников выбивало из седел, а лошади падали на землю, корчась в конвульсиях Приказы «сомкнуть строй» из-за шума и грохота практически не были слышны. Оба штабных офицера, сопровождавших Кардигана, были убиты, и командир, таким образом, оказался в полной изоляции. Когда бригада легкой кавалерии приблизилась к позициям русской батареи на расстояние 70 метров, та начала бить картечью.

Лишь 50 всадников первой линии из 270 оставались в седле. Но как бы то ни было, сам Кардиган уцелел в этой ужас ной бойне. Достигнув рус ских позиций, он проскакал между двух орудий и столкнулся с князем Радзвиллом и отрядом казаков. Князь знал Кардигана-он познакомился с ним во время своей поездки в Англию.Радзвилл крикнул, что обещает щедрую награду тому, кто возьмет Кардигана живым. Десять казаков попытались окружить командира бригады легкой кавалерии, но тот развернулся и бросился назад сквозь приближающиеся порядки своей бригады и не останавливался, пока не оказался в расположении бригады тяжелой кавалерии в западной части долины. Кардиган сообщил командиру бригады Скарлетту о недисциплинированности Нолана, сорвавшего его атаку, а затем направился дальше в тыл, к Сапун-горе.

Отступление

Кардиган уже не осуществлял командования бригадой, но, в то время как он бежал с поля боя, его полки продолжали атаковать. Остатки первых линий, в числе которых особенно отличился 17-й уланский полк, храбро атаковали казачьи сотни, развернувшиеся позади артиллерийских позиций, и фактически отбросили их. Во время этой атаки капитан Уильям Моррис был взят в плен, но, несмотря на ранение в голову и то, что у него оказались сломаны ребра и левая рука, сумел бежать и захватил двух мечущихся по полю лошадей. По пути назад он опознал труп своего друга капитана Нолана.

Вторая линия, состоявшая из 11-го гусарского полка, обошла Донскую казачью батарею слева и начала теснить русскую кавалерию к реке Черной. Третья линия также продолжила наступление, пока около 200 британских кавалеристов не сосредоточились вокруг русских позиций в восточной части долины.Теперь бригада легкой кавалерии оказалась отрезанной от своих войск и столкнулась с серьезным сопротивлением. Первыми, кто его оказал, стали подразделения русских улан, вступавших в Северную долину. Подполковник Фредерик Шевел возглавил отряд в 70 солдат 8-го гусарского полка и прорвался через передовые линии улан. Во время отступления оставшиеся в живых кавалеристы легкой бригады были спасены от огня с Федюхиных высот, благодаря тому, что их заняли французские войска. Огонь с Кады-койских высот, вероятно, также помог отступающим, поскольку русская кавалерия решила не рисковать попасть под обстрел своей артиллерии. «Надо сказать правду,записал русский кавалерист,тот же самый огонь, что уничтожил врага, поражал также и нас».

На заключительном этапе боя войска, все еще продолжавшие атаку, включали остатки 11-го гусарского и 4-го драгунского полков, возглавляемых подполковником Джорджем Пэджетом. Всего же бой продолжался 20 минут. В 11:20, когда остатки бригады легкой кавалерии уже отступили на безопасные позиции, сражение при Балаклаве было эффектно завершено. Федюхины высоты надежно защищались союзниками, в то же время к концу боя позиции противоборствующих сторон, даже с учетом захвата русскими войсками Комары и ряда полевых укреплений, существенно не изменились. КОЛИЧЕСТВО ПОГИБШИХ в этом сражении было примерно равным: 627 русских и 615 союзников.

Так кто выиграл сражение при Балаклаве?

Командующий русскими войсками генерал Липранди и его непосредственный начальник князь Меншиков немедленно заявили о своей победе-в их пользу говорили восемь захваченных британских орудий, установление контроля над частью Кадыкойских высот, а также гибель британской кавалерийской бригады в Северной долине. Таким образом, армия Меншикова заняла выгодные позиции и серьезно потрепала британские войска. Все старшие офицеры, имевшие отношение к сражению, были щедро награждены. Липранди получил золотую саблю, украшенную алмазами.

Англичане также посчитали сражение при Балаклаве своей победой, потому что им удалось защитить от нападения превосходящих сил противника свои линии коммуникаций в районе Балаклавы и сам порт. В четырех основных эпизодах сражения войска союзников проявили отменную храбрость. Первый эпизод-взятие Комары и редута-принес явный успех русским войскам, хотя следует учесть, что турецкие войска смогли продержаться в редуте № 1 в течение почти полутора часов под сильным артиллерийским огнем. Второй эпизод-защита Кадыкоя «тонкой красной линией» Кемпбелла-была победой англичан, как и третий эпизод-атака бригады тяжелой кавалерии превосходящих сил противника.

С другой стороны эта безумная атака по любым стандартам являлась серьезным поражением британской армии. Из 673 принявших в ней участие человек 113 были убиты, 15 попали в плен и 247 оказались тяжело ранены. После завершения атаки всего лишь 195 кавалеристов, из тех, что приняли в ней участие, могли использоваться в новом бою. Также крайне серьезным ущербом стала потеря 475 боевых лошадей, замену которым могли прислать из Англии только по морю, что в зимний период должно было занять несколько месяцев.

Участников сражения продолжали обвинять в течение нескольких десятилетий. О них делали запросы в парламенте и вели судебные процессы. Сначала Кардигана сделали чуть ли не национальным героем, но затем его слава сильно поблекла. То обстоятельство, что он бросил своих людей, как только они добрались до позиций противника, по меньшей мере вызывало недоумение. Лукан, со своей стороны, утверждал, что был введен в заблуждение жестом Нолана и отказом того детально объяснить, что, собственно, хочет от кавалерии Раглан. Впрочем, предыдущие инструкции Раглана поясняли, что главной целью был все же редут на Кадыкойских высотах. Капитан Нолан погиб во время атаки и поэтому не мог дать отчет о своих поступках. В целом же эту катастрофу следовало отнести на плохие личные отношения между лордом Луканом и Кардиганом.Однако, хотя атака легкой кавалерии и закончилась неудачно, храбрость британских кавалеристов поразила современников. Участвовавший в сражении в составе русских войск поручик Корибут-Кубитович так описал отход англичан: «Никогда нельзя лучше оценить кавалерию, как при отступлении после удачной атаки, в виду неприятеля. Нужно отдать справедливость англичанам: они представляли верх совершенства в этом отношении и шли на рысях в порядке, как на ученье». После того, как британская кавалерия достигла артиллерийских позиций и понесла огромные потери, ей еще некоторое время удавалось двигаться вперед.

На следующий день после сражения защитники Севастополя, полагая, что англо-французская армия сильно ослаблена, предприняли вылазку, которая была отражена (так называемое сражение при Малом Инкермане), а 5 ноября следующая попытка прорвать позиции осаждающих привела к сражению при Инкермане. Прорвать блокаду не удалось, и война затянулась до февраля 1856 года.