Коллекционер Алексей Викулович Морозов

В 1900 году Алексей Викулович Морозов передает дела брату Ивану, а сам с неистощимой энергией начинает заниматься коллекционированием. Особняк «Викуловичей» в Москве после смерти родителей переходит к Алексею и из жилого дома становится местом размещения его собраний. В соответствии с новым назначением здания, архитектор Ф. Шехтель перестраивает интерьер, пристраивает угловой флигель.Центром музейной экспозиции становится расположенная на втором этаже библиотека. В ней размещались бесценные книжные экспонаты, включая раритеты из коллекции старообрядческих книг.

Специальные витрины для фарфора были изготовлены на мебельной фабрике П. Шмита, мужа сестры Алексея Викуловича. Высота комнат почти в четыре раза превосходила ширину; тянулись вверх узкие панно, выполненные М. А. Врубелем на сюжеты из «Фауста», на шестах - зловещие маски. Все вместе - химеры, маски, персонажи панно - создавали атмосферу таинственности и старины.На самом деле у Алексея Морозова была мечта: собрать общественно значимую коллекцию и подарить ее Москве для создания музея его имени. Огромное состояние позволило ему в короткий срок собрать прекрасные коллекции фарфора, миниатюр, гравюр, лубка, икон, стекла, хрусталя, серебра, табакерок, деревянных резных игрушек, тканей, вышивки -и все это были изделия русских мастеров.

Вот как отзывалась о нем его родственница М. К. Морозова: «Это был человек тонкого ума, очень остроумный, любивший женское общество, хотя сам неженатый... Дом, который после смерти отца перешел к нему как старшему, был огромный, с бесконечным числом комнат. Все комнаты второго этажа наполнялись витринами с фарфором его собрания и иконами. Сам же он жил внизу, где у него были две столовые, гостиная и кабинет».В 1918 году собрание Алексея Ви-куловича едва не погибло, ему был нанесен непоправимый урон. В том же году его музей был национализирован и даже получил статус «Музея-выставки русской художественной старины». Однако вскоре иконы были поделены между Третьяковкой и Историческим музеем, серебро и миниатюры попали в Оружейную палату, другие экспонаты «разбрелись» по различным музеям...