Западнорусское мещанство

Западнорусское мещанство, несмотря на свои магде- бургские привилегии, если и пыталось бороться против водворявшейся еврейской эксплуатации, то обыкновен­но находило на противной стороне не только королевс­кое правительство, но также наиболее богатых и влия­тельных между собственными согражданами, которых жиды умели запутывать в общие с ними торговые и промышленные предприятия. А шляхта русская своими жалобами и протестами достигла только того, что во Втором Литовском статуте (1566 г.) Появились артикулы, запрещавшие евреям иметь дорогие платья с золотыми цепями, а также серебряные украшения на саблях. Для отличия от христиан им предписано носить желтые шля­пы или шапки, а женам их  повойники из желтого полотна; последним также запрещались золотые и се­ребряные украшения. Но все существенные права и привилегии жидовства остались в полной силе.

На зна­менитом Люблинском сейме 1569 года послы из Запад­норусских областей горько жаловались на жидовскую эксплуатацию; они просили устранить жидов от всяких ( боров, а взимание пошлин и других доходов поручить родовитым шляхтичам. «Одолели нас жиды, говорили мослы из Литовской Руси,  держат торговые пошлины, ( боры на торгах, мельницы, побрали в аренду солодовни м все другие доходные статьи». «Хотя мы имеем немало конституций касательно жидов, несмотря на то, эти не­годяи и у нас занимают сии должности (сборщиков) и немало делают грабительства в Руси» (т. Е. В Русском ноеводстве), говорил 17 июля перемышльский судья Ореховский в своей речи, обращенной к сенаторам от имени всей Посольской избы. Но тщетны были все по­добные жалобы: король Сигизмунд Август остался неиз­менным покровителем жидовства, и строгие конститу­ции оставались мертвой буквой.


Обездоленные евреями, христиане мстили им целым рядом разных обвинений. Между сими последними наи­более сильным и распространенным является обвинение в убийстве христианских детей, которых кровь употреб­лялась будто бы при некоторых жидовских обрядах. Ко­ролевские грамоты запрещали взводить на жидов подоб­ные обвинения; объявляли их подсудными только самому королю; требовали свидетелей в количестве трех евреев и четырех христиан и угрожали смертной казнью за недоказанные обвинения; тем не менее коренное населе­ние при всяком удобном случае упорно их возобновляло.

Не смотря на еврейские привилегии, мещанство иногда подвергало обвиненных евреев своему суду, приговари­вало к смертной казни и спешило ее исполнить, не наде­ясь на правосудие королевских наместников. В одной льготной грамоте, данной евреям Сигизмундом Августом, прямо говорится, что разные обвинения взводились на них для того, чтобы выжить их из городов. Но все подоб­ные попытки оставались безуспешны. С обычной своей цепкостью евреи прочно уселись в Западной Руси и, с свойственными им неуклонностью и беспощадностью, начали здесь свою эксплуататорскую деятельность, свою разрушительную работу термитов, подтачивающих обще­ственный и государственный организм.