Западнорусская церковь

В главных чертах Западнорусская церковь, после ее отделения от Восточнорусской, сохраняла общий с ней иерархический строй, общие догматы и обряды. Но с течением времени явилось немало отличий, вытекавших, собственно, из утраты политической самобытности за- падноруссов. Меж тем как в Московской Руси церковь находилась под охраной православного правительства и не подвергалась напору иноверных исповеданий; в Ли­товской Руси, наоборот, при иноверном правительстве она предоставлена была самой себе и принуждена нахо­диться в упорной борьбе, отчасти с реформацией, а глав­ным образом с латинством. Поэтому церковная иерархия здесь должна была искать опоры вообще в народе, а особенно в светских вельможах. Искала она также опоры и в Цареградском патриархе, признавая над собой его высший авторитет; но по отдаленности своей он не мог принимать постоянное участие в ее делах. Хотя подоб­ные обстоятельства обусловили большую степень самоде­ятельности в Западнорусской церкви, однако они неиз­бежно повлекли за собой и разные церковные неустрой­ства.

Главным источником сил последних послужило слишком частое и близкое вмешательство светских лиц в церковные дела. Особенно вредно отзывался на них так наз. «патронат» или право знатных людей заведовать церквами и монастырями, основанными на их земле ими самими или их предками; эти лица присвоили себе право ведать доходы и суд в именьях означенных церквей и монастырей, представлять кандидатов на должности их священников и настоятелей и даже передавать свои пра­ва другим лицам («право подаванья»). Такое право распо­ряжаться монастырскими или церковными доходами вело ко многим злоупотреблениям и напоминало систему «кормлений» в Московской Руси. Иногда потомки осно­вателей («ктиторов») переходили в латинство или в каль­винизм, а между тем продолжали оставаться патронами православных монастырей и храмов, откуда возникали еще большие злоупотребления. Монастыри с их отчина­ми, угодьями и доходами отдавались в пожизненное уп­равление не только духовным лицам, но и светским, кото­рые жили в них с своими семьями.

С женами и детьми, что служило соблазном для народа. Особенно вредно влияло постоянное вмешательство иноверных ко­ролей, от которых прямо зависели наиболее значитель­ные западнорусские монастыри, и они раздавали эти монастыри в награду за службу лицам равно духовным и светским. Не ограничиваясь монастырями, польские ко­роли, оба Сигизмунда и Баторий, присвоили себе и самое значение епископов и митрополита, которые до того вы­бирались духовной властью сообща с народом. Помеще­ние на церковные кафедры также сделалось наградой за службу. Мало того, короли еще при жизни епископов стали назначать им преемников, которые и пользовались частью доходов. Иногда такими кандидатами на епископ­ские кафедры или «нареченными» епископами назнача­лись прямо лица светские, еще не посвященные в духов­ное звание.