Введение нового устава

Сторожевая и станичная служба находилась в веде­нии Разрядного приказа. Чтобы дать ей более порядка и лучшее устройство, Иван IV в январе 1571 года назначил главным ее начальником знаменитого воеводу князя Ми­хаила Ивановича Воротынского; в помощники ему дал князя Тюфякина и известного дьяка Ржевского для сто­рожи со стороны крымцев, а Юрия Булгакова со сто­роны ногаев. Воротынский и его помощники собрали все хранившиеся в Разряде росписи сторожам и станицам, вызывали в Москву самих станичников и делали им под­робные расспросы. После того они написали новый устав для этой службы, который и был утвержден царем.

Вот некоторые образцы правил, заключавшихся в сем уставе. «Сторожам стоять в местах усторожливых и ездить по урочищам направо и налево по два человека», «два раза на одном месте кашу не варить (т. Е. Огонь не расклады­вать); а где кто полдневал, там не ночевать»; если сторо­жи подстерегут приход татар, то посылают своих бли­жайших товарищей с вестями в украинские города; сами же должны следовать за татарами и по их сакмам (т. Е. По ширине и торности конской дороги) и по станам смекать, какое их число, а потом посылать с новыми вестями других своих товарищей. Станицы в определенные сроки сменяют друг друга; если же которые не дождутся смены и уйдут, ajbэто время случится татарский набег, то виновным назначена смертная казнь. Сторожи, которые простоят лишнее время по неприбытию других им на смену, берут с последних в свою пользу пеню по полу- полтине на человека в день. Если каких сторожей люди, посланные от воевод и голов с дозором, найдут стоящих небрежно и неусторожливо или не недоезжающих до назначенных урочищ, тех бить кнутом.

Сторожи выезжа­ли на службу с запасными конями  и коней должны были иметь «добрых», а не «худых». Станичная служба начиналась с весны с апреля, продолжалась до декабря, т. Е. Восемь месяцев, и была разделена на 8 ста­ниц, а так как срок для каждого караула был двухнедель­ный, то каждой станице приходилось выезжать на сто­рожу два раза в год. Кроме служилых людей, именно детей боярских и казаков, в северские сторожи прежде допускались и наемные севрюки. Жители Северщи- ны; но так как эти севрюки обыкновенно стоят неусто­рожливо и вовремя не усматривают приход татар или приезжают с ложными вестями и производят напрасную тревогу, то впредь запрещено принимать их в стороже­вую службу.


Прежде нежели было закончено введение нового ус­тава, а также сделаны проверка и более целесообразное распределение сторожевых станиц на самых местах их службы, совершилось известное нашествие Девлет-Гирея на Москву летом того же 1571 года. После него поэтому новый устав был введен с особым тщанием и сторожевая служба приведена в лучший порядок, о чем ясно свиде­тельствует неудачное нашествие того же Девлет-Гирея в следующем 1572 году. После опалы и смерти князя Воро­тынского начальником сторожевой службы Иван IV на­значил своего родственника боярина Никиту Романовича Юрьева, который в свою очередь сделал в сторожевой службе некоторые сообразные с обстоятельствами пере­мены, усилил дозор за станичниками и выдвинул их разъезды еще далее в степи. Но так как эти слишком дальние разъезды (иногда на несколько сот верст от украинских городов) препятствовали своевременной дос­тавке вестей, то при Федоре Ивановиче видим обратное стремление: разъезды по возможности сокращать, а за­нимать степи построением городков и острожков. С ум­ножением украинских городов умножались и стороже­вые станицы, ибо в каждом новопостроенном городе учреждалось известное количество сторож, которые по очереди совершали определенные для них разъезды.