Вид справедливого наказания

Решив низложить архипастыря, Иоанн хотел придать сему насилию вид справедливого наказания, постанов­ленного по приговору освященного собора. Сначала от­правили несколько духовных и светских лиц в Соловки для производства следствия о жизни и деятельности там Филиппа. Следователи угрозами и обещаниями склонили игумена Паисия и некоторых малодушных старцев к раз­ным лжесвидетельствам. С этими клеветами явились они перед духовным собором, который был созван царем для суда над митрополитом. Призванный к ответу, Филипп не считал нужным оправдываться перед взведенными на него обвинениями и говорил с достоинством, приличным его сану, прибавив, что он не боится умереть.

Созванный собор не осмелился вступиться за своего архипастыря и раболепствовал перед тираном. 8 ноября 1569 года, во время богослужения в Успенском храме, явился Басма­нов с толпою опричников и велел всенародно прочесть соборный приговор о низложении митрополита. Затем опричники бросились на Филиппа, били его, сорвали с него святительское облачение, одели в худую монашес­кую рясу и, посадив на крестьянские розвальни, отвезли в Богоявленский монастырь. После нескольких недель тяжкого темничного заключения, опасаясь народа, кото­рый смотрел на Филиппа как на святого мученика и толпою собирался перед его темницей, Иоанн сослал его в Тверской Отроч монастырь (где в следующем году его постигла мученическая кончина). Так этот достойный представитель вместе и боярского, и духовного сословия пал в неравной борьбе с полоумным тираном, отстаивая свое архипастырское право печалования, увещания и по­учения.


Вместе с Филиппом подвергся гонению и весь род Колычевых; некоторые его родственники были казнены по приказу Иоанна. Вслед затем настала очередь и того, с кем этот род был связан давнею приязнию: настал черед двоюродного брата царского Владимира Андреевича. Можно, пожалуй, удивляться тому, что тиран так долго щадил князя, на которого многие бояре указывали как на царского преемника еще во время известной Иоанновой болезни. Царь, очевидно, считал его опасным для себя соперником и принимал против него разные меры предо­сторожности: несколько раз брал с него клятвенные за­писи верно служить не только самому Иоанну, но и его сыновьям; не раз менял у него не только бояр и слуг, но и самые города и волости, составлявшие его удел. По- видимому, Владимир своим поведением не подавал пово­да к опале. Решив погубить его, Иоанн прибег к обычно­му средству: к обвинению в небывалых заговорах. Он послал звать Владимира с семьей к себе в Александровс­кую Слободу. Не доезжая нескольких верст, несчастный князь был остановлен в одном селе; сюда явился царь с полком опричников и начал судить Владимира за то, что тот будто бы подкупал царского повара отравить госуда­ря. Конечно, тщетными остались все оправдания и моль­бы.

Осужденный на смерть, несчастный князь, по неко­торым известиям, должен был выпить чашу с ядом. Вмес­те с ним погибла его супруга Евдокия, большая часть его детей, а также находившиеся при них боярыни и слуги. Мать Владимира, инокиня Евдокия, была потом по прика­зу тирана утоплена в Шексне. Такой же участи подверг­лась и его невестка, вдова брата его Юрия, инокиня Александра.Все эти отдельные казни на сей раз были только прологом к деянию еще более ужасному и неслыханно­му: к избиениям русских граждан целыми толпами и к такому варварскому разгрому нескольких русских горо­дов, который мало чем разнился от татарских нашествий.