Своеволие казаков

Есть известия, что сами черкасские старосты и другие королевские урядники поощряли Днеп­ровских казаков ^ нападениям на соседей, ибо брали себе часть добычи. Казачьи рыболовные, бобровные и соляные ватаги, отправляясь вниз по Днепру, иногда со­единяли эти промыслы с грабежом татарских улусов и чабанов, угоняя у последних коней, рогатый скот и овец. Иногда казаки эти разграбляли караваны турецких и та­тарских торговцев, отправлявшихся в Москву чрез Таванский перевоз на Днепре; нападали также и на татарс­кие загоны, шедшие в Московские пределы для грабежа, или отнимали у них добычу. На жалобы хана польско-литовское правительство отвечало обыкновенно уклончи­во, отзываясь своеволием казаков или ссылаясь на то, что грабили собственно не Киевские и Черкасские казаки, а Московские из Северской украйны. Иногда же призна­вало справедливость жалоб, обещало наказать виновных и приказывало из имущества грабителей возмещать убыт­ки ограбленных турецко-татарских купцов или прямо выдать им все пограбленные вещи.


В истории Ивана Грозного мы видели, что бывший каневско-черкасским старостой князь Дмитрий Вишне­вецкий перешел на сторону Москвитян и помогал в их предприятиях против крымцев, начальствуя Днепровски­ми казаками. Ему принадлежит первая известная нам попытка водворить этих казаков ниже порогов. Для сего он избрал самый крупный из днепровских островов, Хор- тицкий, имеющий около 25 верст в окружности и крутые высокие берега. Здесь Вишневецкий укрепился (1557 г.) И сначала удачно защищался от татар и турок, но на следу­ющий год принужден был покинуть остров и ушел в те же города, Канев и Черкасы, откуда отъехал в Москву.

Впоследствии, как известно, подобно Дашковичу, он сно­ва воротился в Литву (1563 г.), был прощен королем, предпринял поход в Молдавию, где взят в плен турками и казнен в Константинополе. После того старостой Каневс­ким и Черкасским видим двоюродного брата его князя Михаила Вишневецког