Подавление восстания Стеньки Разина


С остатками своей разбитой армии Степан Разин сумел захватить власть в Черкасске, но затем был схвачен и казнен.
Когда Разин и его небольшой отряд медленно пробирались вниз по Волге, рядом с их стругами плыли тысячи трупов, которые река несла из-под стен Симбирска вниз по течению мимо городов, которые ранее заняла армия Разина, заставляя местных жителей выступать против атамана из страха за свою жизнь. Ему отказали во въезде в Самару и в Саратов. В то же самое время брат Степана Разина Фрол также без остановки отступал после разгрома его отряда под Коротояком 27 сентября.


Однако, чтобы окончательно подавить восстание, потребовалось определенное время. Хотя разбитые отряды Флора и Степана Разиных уже не представляли реальной силы, волна крестьянских восстаний продолжала распространяться от Симбирска. Однако в течение следующих нескольких месяцев отряды восставших были окружены русскими войсками; многие мятежники погибли, сотни деревень были сожжены дотла в качестве карательной меры. К концу ноября князь Юрий Долгоруков мог с гордостью сообщить, что его войска умиротворили всю Верхнюю Волгу.

Но идеи восстания все же еще продолжали жить. Русская армия пока что не была готова к проведению масштабной карательной экспедиции на Нижней Волге и Дону. Таким образом, разгромленные отряды Разина получили возможность вновь сплотиться и попытаться по крайней мере удержать то, что им удалось захватить. В начале декабря Флор Разин на обратном пути из похода подошел к Тамбову с сильной казачьей армией. После пяти недель сопротивления гарнизона войско Фрола была разгромлено русской армией во главе с князем Ромодановским. Оставшиеся в живых спасались бегством, некоторые из уцелевших мятежников отправились на запад в земли запорожских казаков, а другие двинулись к старой островной крепости Стеньки Разина - Кагальницкому городку.

К ним в середине декабря присоединился и Разин. Так и не признав себя побежденным, атаман провел зиму, залечивая раны и пытаясь восстановить свою разгромленную армию. Он не планировал нового похода на север, а собирался двинуться на юг, чтобы потребовать от своего крестного отца пост атамана. Если бы Разину удалось стать признанным вождем всего казачьего войска, он получил достаточно власти, чтобы защитить себя от преследований со стороны Москвы, а, возможно, и смог бы возобновить свои походы.

Однако Разин недооценил поддержку, которой пользовался атаман Яковлев - особенно теперь, когда Степан стал государственным преступником в глазах Москвы. Его войско дошло до предместий Черкасска, но там его остановили оставшиеся верными атаману казаки. После трехнедельного противостояния Разин - возможно поняв, что окончательно потерял свою внушающую страх репутацию - ушел обратно в Кагальницкий городок.Несмотря на стремительное превращение из отважного вождя в разыскиваемого властями преступника, Разин все еще чувствовал себя в безопасности в своей крепости на острове. Он надеялся на древний принцип «С Дона выдачи нет» - «никто не может быть выдан с казачьих земель». Согласно древнему обычаю, любая попытка русского государства захватить мятежного атамана должна была встретить вооруженный отпор всего казачества. Он не учел, что к этому времени многим казакам в Черкасске уже надоели его выходки. Атаман Яковлев и поддерживавшие его домовитые казаки были союзниками царя Алексея Михайловича и не собирались подвергать опасности свое положение, поддерживая опасного разбойника.

Понимая, в какой сложной ситуации оказался Яковлев, царь Алексей Михайлович предложил ему полное традиционное жалование (деньги и припасы, выдаваемые казакам за несение ими службы в пользу государства), а также 2000 тяжеловооруженных всадников, чтобы помочь с нападением на Кагальницкий городок. Атаман Яковлев с готовностью согласился на эти условия, совершенно проигнорировав то обстоятельство, что, поступая подобным образом, он нарушал еще один древний принцип - никакая русская армия никогда не ступала на казачьи земли.

14 апреля войска Яковлева при поддержке русской конницы взяли штурмом крепость, в которой засел Степан Разин. Сам атаман был захвачен в плен вместе со своими братом Фролом, матерью и дядей, которые во время восстания командовали отрядами в его войске. Несмотря на яростные протесты, Разин и другие пленники были посажены в телеги и отправлены на север в Москву под сильной охраной. При приближении к предместьям столицы Степан и его брат были пересажены в специально подготовленную телегу с установленной на ней виселицей. Их провезли по улицам города в оковах, одетых в лохмотья, а не в роскошные шелковые одежды, которые они привыкли носить со времени своих набегов на персидские земли. Власти упорно стремились не только казнить Разина, но и разрушить его славу народного вождя. На протяжении всего пути Разин настойчиво требовал встречи с царем, который, как он думал, должен освободить его от оков, что он считал большой несправедливостью. Хотя Разину действительно удалось встретиться с царем, прощения он не получил. После скорого допроса царь Алексей Михайлович приказал передать Разину пыточных дел мастерам, а затем -палачу.

Казнь Разина, как и его прибытие в Москву, также была тщательно подготовлена и обставлена. Будучи публично осужденным «за такие ваши злые и мерзкие пред Господом Богом дела и к Великому Государю за измену и ко всему Московскому государству за разоренье», Разин был приговорен к жестокой казни (четвертованию), приведенной в исполнение в Москве на Болотной площади. Его мать и дядя были казнены в тот же день, в то время как Фрол, крикнувший «Слово и дело государево» провел в застенках еще пять лет, прежде чем также лег под топор палача. «Его руки, ноги и голова были насажены на колья на городских площадях» в назидание другим потенциальным мятежникам.


Подавление восстания Стеньки Разина заняло еще несколько месяцев. Регулярные войска постепенно зачищали местность, прокладывая себе дорогу на юг к Астрахани. Реакция государства была во много раз более жестокой, чем действия восставших, и операция царских войск была отмечена массовыми казнями и зверскими пытками. Многие вожди повстанцев, в том числе и бывшая монахиня Алена, были повергнуты жестоким пыткам, а затем сожжены или посажены на кол. Астрахань стала последней крепостью, которую удалось удержать восставшим. Мятежники, возглавляемые Василием Усом, смогли продержаться до конца января 1672 года, но в итоге были вынуждены сложить оружие. Последовавшая затем бойня полностью затмила ту, что была организована Степаном Разиным годом ранее, и лишь небольшая горстка восставших смогла сохранить себе жизнь.