Общежительные монастыри

В Новгородско-Псковской земле: Троицкий Александро- Снирский, основанный преподоб. Александром близ реки Свири, в княжение Василия III; Тихвинский Успенский, устроенный повелением Ивана IV на месте явления Тих­винской иконы Богоматери; Сырков, на реке Веряжи, сооруженный богатым новгородцем Сырковым в честь (Сретения иконы Владимирской Богородицы; Псково-Печорский, как мы видели, новоустроенный известным мос­ковским дьяком Мисюрем Мунехиным. В Двинской обла­сти Антониев Сийский, основанный преподобным Анто­нием, который был родом из местных крестьян.

В Бело­зерском краю явилась Нилова пустынь, устроенная на реке Соре Нилом Майковым, известным противником монастырского землевладения и проповедником скитско­го жития, а в Вологодском Корнилиев-Комельский, осно­ванный также в конце XV или в начале XVI века ростов­ским уроженцем Корнилием Крюковым. Оба подвижни­ка, Нил Сорский и Корнилий Комельский, вышли из знаменитого Кирилло-Белозерского монастыря, который в гой стороне служил рассадником иночества. В Пермс­ком краю, при впадении речки Пыскорки в Каму, усерди­ем фамилии Строгановых был сооружен Преображенский Пыскорский монастырь, а в Вятском  Трифонов Успенс­кий; на построение последнего жители Вятки просили разрешения у царя Ивана IV на том основании, что если кто в старости или болезни пожелает постричься, то негде, так как у них совсем не было монастырей.


Почти все сколько-нибудь значительные монастыри русские по своему внутреннему устройству были обще­жительные, за исключением епархии Новгородской; но и там Макарий, в бытность свою архиепископом Вели­кого Новгорода, старался ввести общежитие, что ему и удалось до некоторой степени. Иногда основатель и игу­мен вновь учрежденного монастыря, по примеру Феодо­сия Печерского, Кирилла Белозерского, Ефросина Псковского, писал для него устав, снабженный более или менее строгими правилами, касавшимися церковной службы, трапезы, братских трудов, монастырского хо­зяйства и других сторон иноческого быта. Таковы уста­вы Иосифа Волоцкого, Нила Сорского, Корнилия Ко- мельского, Герасима Болдинского и некоторые другие. Но сама жизнь вырабатывала общие черты монастырс­кого быта независимо от сих уставов.

В общежительных монастырях хотя во главе общины стоял игумен и насто­ятель и ничто не должно было совершаться без его бла­гословения, однако власть его была ограничена собор­ными старцами, которые составляли при нем монастырс­кий совет, а хозяйственная часть сосредоточивалась в руках келаря. Последний ведал монастырскими вотчина­ми, доходами и всякими сборами, для чего имел многих помощников, а для управления селами под его ведением состояли посылаемые туда особые старцы, называвшие­ся «посельскими», или «приказными». Все эти власти были выборные. Выбирались самой монастырской общиной.