Новгородское вече

Традиционное вече, открытое для всех жителей города, к началу XV века утратило свои демократические черты. Его место заняло собрание из 34 посадников, преимущественно выходцев из новгородских боярских родов, возглавляемых главой города -степенным посадником. Такое вече уже было не демократическим, а олигархическим собранием, хотя при этом продолжало носить прежнее название.В период после Яжелбицкого мира посадники разделились на две конкурирующие группировки. Одна выступала за сотрудничество и союз с Москвой, а другая отстаивала необходимость расширения связей с Литвой. Пролитовская группировка утверждала, что дальнейшее пребывание под властью Москвы приведет к исчезновению Новгорода, в то время как промосковски настроенные посадники заявляли, что союз с Литвой уничтожит последние из остававшихся городских свобод.

Эти две группировки соперничали между собой в течение 14б0-х годов, из-за чего политика Новгорода постоянно менялась - происходило сближение то с Москвой, то с Литвой. Ни одна из группировок не могла добиться доминирующего положения, поэтому ситуация в городе постоянно оставалась неопределенной. В 1458 году управлять городом был приглашен литовский князь, но когда Василий II в 1460 году объявил о желании посетить город, того поспешили прогнать. Очередное кратковременное сближение с Литвой произошло в 1462 году, когда умер Василий II, но, в конечном счете, посадники дали клятву верности новому великому князю Ивану III. В 1470 году власть в вече, наконец, захватили сторонники пролитовской политики. Почему это произошло, неясно до сих пор, но большая часть дошедших до настоящего времени источников объясняет такое развитие событий влиянием Марфы Борецкой, которая в конце 1460-х годов фактически возглавила пролитовскую группировку после смерти ее мужа посадника Исаака Борецкого. Хотя женщинам и было запрещено занимать какую-либо официальную должность в Новгороде, Марфа пользовалась большим влиянием, действуя через своих сыновей -посадников Дмитрия и Федора.Зимой 1470 года Новгород начал переговоры с Казимиром, королем Польским, и великим князем Литовским. Казимир был чрезвычайно обеспокоен быстрым ростом военной и экономической мощи Москвы, что давало новгородцам надежду на успешный исход переговоров. Если бы Казимир отказался обсуждать их условия, они могли пригрозить установлением более тесных связей с Москвой,предоставляя в результате основному конкуренту Литвы жизненно важный для него выход на Балтику. К началу 1471 года переговоры развивались в целом благоприятно для Новгорода, и посадники уже рассматривали предложение о включении его в состав Литвы при сохранении за ним большей части его традиционных свобод.

Именно в это время о переговорах стало известно Ивану III. Его реакция показывает, насколько проницательным политиком был 30-летний великий князь. Он знал, что не может просто так вторгнуться на земли Новгорода, и даже угрожать вторжением. Подобные действия неминуемо подтолкнули бы Новгород, а, вероятно, и другие еще остававшиеся независимыми княжества (Псковское, Тверское, Ярославское и Рязанское, князей которых также очень беспокоило давление со стороны Москвы) к союзу с Литвой. Поэтому Иван III начал кампанию по дискредитации посадников в глазах всей Руси. Главным моментом в ней было то, что Литва оставалась лояльной к Патриарху Константинопольскому, то есть той части Православной церкви, которая выступала за союз с Католической церковью.Связь с патриархом автоматически делала литовцев в глазах православного населения Руси еретиками. Высшие иерархи Православной церкви, поддерживаемые Москвой во главе с митрополитом Московским и Всея Руси, публично осудили политику новгородцев, объявив, что те своими действиями предают истинную Православную церковь.Когда же, несмотря на подобные заявления, посадники не прекратили переговоры с Литвой, Иван III использовал этот аргумент, чтобы сплотить вокруг себя независимые княжества. При этом Иван III делал все возможное, чтобы убедить русских князей - действия против Новгорода не будут обычным захватом Москвой его земель, но «крестовым походом против предателей Православия». Эта тактика, судя по всему, сработала, поскольку и Псков, и Тверь пообещали прислать войска для участия в походе на север. Теперь Ивану III оставалось лишь терпеливо дожидаться благоприятных погодных условий.