Максим Грек

Самое видное место в ряду русских писателей сего направления принадлежит человеку не русской народно­сти, а именно знаменитому Максиму Греку. Первые лите­ратурные труды Максима на Руси были переводы с гре­ческого. Он еще не знал ни русского, ни церковно-сла­вянского языка и переводы эти готовил по-латыни своим русским сотрудникам, а те передавали их по-русски. Но потом Максим настолько овладел нашим книжным язы­ком, что сам писал на нем и оставил после себя большое количество сочинений.

По содержанию своему они весь­ма разнообразны. Живой, впечатлительный, как истый уроженец юга, Максим усердно отзывался почти на все вопросы и явления, волновавшие его современников или возникавшие тогда на Руси. Так мы встречаем у него статьи: во-первых, направленные против ереси жидов- ствующих, которая продолжала еще смущать многие умы; во-вторых, против латинян или собственно против Нико­лая Немчина, который был доверенным врачом великого князя Василия Ивановича и делал попытки католической пропаганды; далее против Лютеровой ереси, особенно в защиту поклонения св. Иконам, против магометанства или «Агарянской прелести», против «Армянского злове- рия». Разного рода суеверия, поддерживаемые многими апокрифическими произведениями, побудили его писать критику на эти апокрифы или баснословные сказания священного характера; восставал он также против сильно распространенных тогда астрологических или звездочет­ных бредней; смело обличал пороки современников, в том числе и духовенства; писал поучения о благочести­вом житии и исполнении своих обязанностей людям власть имущим, и решительно высказывался против мо­настырского землевладения. Последние статьи навлекли на него гонение, которое окончилось обвинением его в ереси и заточением. Неутомимый Грек отвечал своим обвинителям целыми оправдательными посланиями.

Со­чинения его в литературном отношении не высокого дос­тоинства, так как написаны не совсем чистым и правиль­ным русским языком и не всегда достаточно обработаны; но они блестят истинно европейской ученостью, которая была у него основана на классической почве и проникну­та антисхоластическим духом гуманизма или эпохи Воз­рождения. Но иногда в своих воззрениях он отдавал дань веку и окружавшей его среде; например ношение татар­ской тафьи и турецких сапог он бичевал наравне с важ­ными пороками, советовал за такой грех отлучать от св. Причастия и т. П. Судя по значительному количеству до­шедших до нас сборников сочинений Максима, они пользовались на Руси большим уважением и усердно переписывались.