Главнокомандующий в Грузии Павел Цицианов

В 1803 году император Александр I поручил импульсивному и энергичному генералу Павлу Цицианову завершить завоевание Кавказа.Планы Александра I относительно Кавказа по масштабам могли соперничать лишь с замыслами Петра Великого. Он хотел не только утвердиться в Грузии, но поставить под твердый контроль России ханства Восточного Кавказа. Александр I планировал создать подконтрольное России грузинское государство, опирающееся на берега как Каспийского, так и Черного морей, с южной границей по рекам Араке и Кура. Александр считал, что расширение на восток - а конкретнее, захват Баку - является стратегической необходимостью. Если бы Россия имела порт в Закавказье, она могла бы осуществлять перевозку войск и грузов из Астрахани в Грузию, не подвергая их опасности переходов через горные ущелья, населенные враждебными племенами.

Сначала Александр попытался решить эти амбициозные задачи, используя средства, аналогичные тем, что применял император Павел.  Он надеялся, что ханы, имея перед собой пример Грузии - государства, управляемого «мягко и по закону, но в то же время достаточно непреклонной» рукой - сами обратятся к нему за покровительством. В период между 1801 и 1803 годами русские вступили в переговоры с правителями трех стратегически важных ханств -Гянджинского, Эриванского и Нахичеванского.Однако, как и при Павле, полученная в Петербурге разведывательная информация о ситуации в Персии, на основании которой и велись переговоры, была некорректной. Русские дипломаты полагали, что Фетх-Али-Шах являлся наводящим на всех страх и отчаянно цепляющимся за власть деспотом. Полагая, что в этой ситуации ханы отчаянно нуждаются в защите России, дипломаты заняли на переговорах крайне жесткую позицию. В итоге все три хана тайно стали искать пути сближения с шахом.

После провала переговоров, Александр I назначил Павла Цицианова, имевшего репутацию сурового генерала,отличившегося при подавлении восстания Тадеуша Костюшко в Польше, главнокомандующим в Грузии. Александр I надеялся, что более агрессивный метод окажется намного эффективнее.Прибыв в Грузию, Цицианов немедленно приступил к исправлению, как он считал, чрезмерно мягкой политики, проводимой его предшественниками. Он выслал большую часть всех членов Картли-Кахетинского царского дома, опасаясь, что они могут стать знаменем восстания, и резко повысил налоги, особенно для местного мусульманского населения. Цицианов объяснял необходимость этих действий демонстрацией своих полномочий и власти, но в действительности его администрация отчаянно нуждалась в деньгах. В Европе бушевали Наполеоновские войны, и средства на финансирование войск Цицианову никогда не выделялись в нужном количестве, а налоговые поступления из Грузии явно не оправдывали ожиданий. Поскольку получить достаточно средств с территорий, находящихся в управлении России, было невозможно, Цицианов решил ускорить процесс подчинения соседних ханств, отказавшись от сложных дипломатических переговоров, которые вели его предшественники, в пользу угрозы военных действий.

Первой целью Цицианова стало Гянджинское ханство - богатое государство, контролировавшее наиболее короткий и удобный маршрут из Грузии к Каспийскому морю. Цицианов отправил несколько посланий его правителю, Джавад-хану, требуя, чтобы Гянджа подчинилась русской короне и обязалась выплачивать ежегодную дань в 20 ООО рублей (примерно 5 миллионов рублей в современных деньгах). Также в своих посланиях он утверждал, что ханство по закону является частью Грузии со времен правления царицы Тамары (1184-1213). Это исторически абсурдное заявление (Грузия потеряла контроль над Гянджой после монгольского завоевания 1231 года) означало, что в случае подчинения Гянджинского ханства России оно будет немедленно ликвидировано. Неудивительно, что Джавад-хан отказался признавать требования Цицианова.