Два флота встретились восточнее мыса Анджело

Первое столкновение между русским и турецким флотами завершилось триумфом русского оружия: всего трем линейным кораблям удалось загнать в ловушку в порту эскадру, обладавшую почти пятикратным превосходством. В том бою русские потеряли всего 15 человек убитыми и 30 ранеными, в то время как потери турок, вероятно, исчислялись сотнями человек Русская эскадра была настолько воодушевлена этой победой, что преследовала противника в течение всей ночи, обстреливая неприятельские корабли из пушек на всем протяжении их пути к Нафплиону. В это же время Эльфинстон отправил курьерскую шлюпку с посыльным к адмиралу Спиридову в Наварино. В письме содержалась настоятельная просьба прислать подкрепления, в том числе бомбардирский корабль и брандер, который адмирал хотел отправить в гущу плотно стоявших турецких кораблей.

Эльфинстон решил и на следующий день продолжать оказывать сильное давление на противника. В 15:00 все пять русских военных кораблей двинулись вдоль хаотично стоявших турецких судов, ведя огонь по ним то одним, то другим бортом. Этот маневр нанес турецким командам большой урон при минимальных собственных потерях, хотя туркам все же удалось довольно существенно повредить фрегат «Африка». Около 18:00, поразив несколько турецких кораблей, русские ушли: ветер спал, и Эльфинстон беспокоился, что не успеет отойти на безопасное расстояние из гавани и останется в пределах досягаемости турецких галер.В течение следующих двух дней османский флот оставался в гавани, однако высылал разведку, стараясь получить больше информации о русской эскадре, стоявшей в Арголическом заливе. К 30 мая турки наконец составили точное представление о силах противника, с которыми им пришлось иметь дело, и теперь от охватившей их ранее паники не осталось и следа. В связи с отсутствием ветра турецкий адмирал приказал галерам отбуксировать линейные корабли в открытое море, чтобы они уже там поставили паруса. Однако этот процесс был трудным и занял много времени - чтобы вывести корабли к входу в Арголический залив потребовались два дня - 30 и 31 мая.

Эта задержка раздосадовала оттоманского адмирала, который вполне справедливо ожидал, что к русским прибудут подкрепления. В конце концов он приказал галерам буксировать линейные корабли еще дальше в открытое море, где они могли бы поймать ветер и уйти на юго-восток. Позднее в тот день ветер усилился, и Эльфинстон также смог вывести свои корабли и двинуться на юго-восток.Около полудня впередсмотрящий на «Саратове» обнаружил многочисленную группу кораблей, обходивших мыс Анджело с юго-запада. Этот отряд был идентифицирован как флот адмирала Спиридова, который, получив сообщение Эльфинстона, поднял паруса, чтобы присоединиться к нему. Два флота встретились восточнее мыса Анджело. По пути адмирал Спиридов подобрал войска, высаженные Эльфинстоном двумя неделями ранее. У этого отряда возникли проблемы с местными повстанцами, и он застрял в районе Мистраса. Командиры пришли к заключению, что их нахождение здесь абсолютно бесполезно и обратились с просьбой об эвакуации.

Получив полный отчет о действиях в последние несколько дней, адмирал Спиридов решил, что Эльфинстон лучше подготовлен для проведения преследования, чем он, и пообещал просто передавать своим офицерам любые приказы Эльфинстона.Двигаясь на северо-восток (предполагалось, что тяжелые галеры османского флота будут стараться держаться вблизи побережья), русские корабли 4 июня обнаружили османский флот в районе острова Идра. Эльфинстон отдал приказ об общем преследовании, однако корабли Спиридова не спешили последовать за ними, что привело к разделению флота на две части. В результате туркам удалось уйти после очень короткой перестрелки с дальней дистанции. Две следующие недели русские корабли провели в безрезультатном преследовании турецкого флота по Эгейскому морю.

Им лишь время от времени удавалось заметить на горизонте противника, о положении которогоони в основном узнавали из сообщений греческих рыбаков. 19 августа стоявшие на якоре в Коринфском заливе русские корабли получили известия, что турецкая армия заняла Модон (Метони), вынудив графа Орлова оставить занимаемый им береговой плацдарм в соседнем Наварино. Орлов со своими солдатами погрузился на корабли командора Грейга, которые взяли курс на остров Парос, надеясь там присоединиться к основным силам русского флота.Встреча состоялась 23 июня к востоку от Пароса. В пути эскадра Эльфинстона во время шторма потеряла контакт с одним из транспортов - «Св. Павлом», в связи с чем ей пришлось на несколько дней задержаться в этом районе в надежде, что потерянное судно найдется. Флот оставался у Пароса с 28 июня по 1 июля, чтобы набрать питьевой воды, а также пополнить запасы ядер и пороха, которые доставили их транспорты. Все это время сюда приходили греческие суда, приносившие сведения об османском флоте.

Греческие моряки сообщили русским, что османский флот стоит на якоре между островом Хиос и материком, примерно в 150 км к северо-восто-ку от Пароса. Они также рассказали, что ходят слухи, будто османских командиров обещали казнить, если они вновь уклонятся от сражения с русскими.2 июля больных и раненых матросов перевели на «Чернигов» - один из торговых кораблей, приобретенных в Лондоне, - который получил приказ идти на британский остров Менорку в Западном Средиземноморье. Позднее в тот день флот подошел к Хиосу.В 03:00 7 июля русский флот обогнул северную оконечность Хиоса и вошел в воды между островом и материком. Около 08:00 он оказался на уровне главного города острова, и впередсмотрящие увидели османский флот, стоявший на якоре несколько восточнее, рядом с мысом к северу от небольшого городка Чесма. Флот развернулся напротив турецких кораблей, и в 09:00 Грейг, Эльфинстон и Спиридов отправились на флагман к графу Орлову, чтобы обсудить план сражения.

Эльфинстон предложил чрезвычайно сложный маневр, который предполагал, что его три корабля пойдут к двум передовым турецким кораблям и станут на якорь. Затем с очень близкого расстояния они дадут бортовой залп: «Святослав» откроет огонь по «Реал Мустафе», в то время как целью «Саратова» и «Не тронь меня » станет второй корабль в линии. Сразу после первого же бортового залпа все три корабля должны были использовать канат - кормовой передний швартов (который крепился к якорной цепи с кормы), чтобы быстро развернуть корабль на 180° и немедленно дать залп предварительно заряженными пушками другого борта прежде, чем турецкие канониры успеют зарядить свои орудия. Этот маневр Эльфинстон предлагал использовать и остальным кораблям флота, чтобы сконцентрировать всю огневую мощь на первой линии турецких кораблей, не давая тем возможности ответить.

Эльфинстон был уверен, что его офицеры и команды смогут осуществить столь сложный маневр, однако в отношении того, получится ли он у других кораблей, моряки которых имели меньше боевого опыта, существовали серьезные сомнения. В конце концов было решено принять более простой план, который предусматривал, что русские корабли приблизятся к турецкому флоту под углом 90°, а затем развернутся в боевой порядок.